19 января 2022, среда
ОБЛАСТНОЙ ВЫПУСК

Секретные материалы

Кольцо Сталинграда

14-11-2019

Почему маршал Жуков неохотно вспоминал знаменитую битву на Волге

Исполняется очередная годовщина знаменитой битвы за Сталинград. 77 лет назад, 19 ноября 1942 года, началось грандиозное наступление наших войск, закончившееся разгромом крупной группировки немецко-фашистской армии. Военные историки всего мира признают, что именно там, в Сталинграде, произошёл великий перелом в ходе всей Второй мировой войны.

Нацистской Германии было нанесено такое крупное поражение, после которого инициатива на фронтах окончательно перешла к странам антигитлеровской коалиции. Не зря английский король преподнёс Сталинграду рыцарский меч с надписью: «Гражданам Сталинграда, крепким, как сталь, – от короля Георга VI в знак глубокого восхищения британского народа». Не зря одна из улиц Парижа по сей день носит имя героического города на Волге…

Хрущёв гнул своё, а Брежнев своё

Кто же разработал и провёл эту операцию по окружению и уничтожению многотысячного войска германского фельдмаршала Паулюса?

Надо сказать, что авторство идеи окружения группировки Паулюса на протяжении многих лет неоднократно оспаривалось. Так, бывший член Военного совета Сталинградского фронта Никита Сергеевич Хрущёв, например, утверждал (уже после войны), что план наступления предложил Ставке именно он вкупе с командующим фронтом Андреем Ерёменко. Эта теория особенно стала культивироваться в годы правления «дорогого Никиты Сергеевича».

Но уже при Брежневе авторство приписали маршалу Герогию Константиновичу Жукову, из личности которого правящая партийная верхушка стала делать настоящий культ: судя по историческим работам того времени, все победы на фронтах Великой Отечественной были одержаны исключительно Георгием Константиновичем, а остальные военачальники, и даже сам Сталин, бегали у маршала чуть ли не на посылках. Об этом были написаны сотни книг и сняты десятки кинофильмов. Культ Жукова сохранился и в наши дни.

Но вот что интересно. В своих мемуарах «Воспоминания и размышления» Жуков как-то не очень охотно описывает события 1942 года, когда состоялась Сталинградская битва. Об указанном времени маршал пишет всё что угодно: о внешней политике Советского Союза, о партийно-политической работе в Красной армии, о героических тружениках тыла, о партизанах и партизанках, о руководящей и направляющей роли Коммунистической партии и т.д. А вот величайшую битву на Волге Георгий Константинович описывает как-то очень осторожно, слишком поверхностно, словно сторонний наблюдатель, имеющий к этому событию самое отдалённое отношение. Складывается ощущение, что маршал чего-то недоговаривает. Почему же он практически ничего не рассказал о своём личном вкладе в ту великую победу?

Всё дело в том, что, судя по сохранившимся документам, Жуков… не имел к Сталинградской битве почти никакого отношения!

Работал целый коллектив

На самом деле идея окружения Сталинградской немецкой группировки принадлежала целому ряду людей в погонах. Первым стоит назвать мало кому сегодня известного полковника Генерального штаба Потапова. Это он ещё летом 1942 года, в разгар немецких побед над нашими войсками на юге страны, обратил внимание на то, что группировка Паулюса (6-я полевая и 4-я танковые армии) сильно вытянулась в направлении Сталинграда, ослабив собственные фланги. Ударом по флангам зарвавшихся немцев можно было взять в окружение.

Полковник доложил о наблюдениях своему непосредственному командиру, начальнику Генерального штаба генералу Александру Василевскому. Тот по достоинству оценил идею подчинённого. Вместе они провели тщательную работу по разработке операции. Тогда же, летом 1942 года, план был доведён до Сталина и получил с его стороны полную поддержку.

Операция разрабатывалась в строжайшем секрете. Впрочем, и враг осознавал угрозу, нависшую над группировкой Паулюса. Немецкая разведка докладывала о появлении больших сил русских на флангах группировки. Начальник штаба сухопутных войск Германии Курт Цейтцлер буквально молил Гитлера отвести армии за Дон, оставив сталинградские руины. Но Гитлером владела мания победы. Он даже не мог помыслить об оставлении города, носящего имя его смертельного врага – Сталина. Войска Паулюса таким образом были просто обречены.

Ответственным за операцию был назначен Василевский. Он прибыл на фронт, где довёл план разгрома немцев до непосредственных исполнителей: командующих Юго-Западным, Сталинградским и Донским фронтами, соответственно до генералов Николая Ватутина, Андрея Ерёменко и Константина Рокоссовского. Они-то и обеспечили успешное наступление, начатое 19 ноября 1942 года. В окружение попало почти полмиллиона вражеских солдат и офицеров, большая часть которых впоследствии была пленена…

В лесах подо Ржевом

А где же был в это время Жуков? Летом 1942 года он, как представитель Ставки Верховного командования, руководил операциями Западного фронта. Затем его вызвали в Москву, откуда командировали в Сталинград. Там он находился с небольшими перерывами около месяца (с конца августа по начало октября). А в ноябре оказался уже за сотни вёрст от Сталинградского сражения, опять на Западном фронте, где им была предпринята так называемая Ржевско-Сычёвская наступательная операция. Эта операция для нашей армии оказалась очень неудачной.

Жуков не просто провалил своё наступление. Его войска понесли чудовищные потери. Вот как газета «Независимое военное обозрение» описала трагедию 20-й армии Западного фронта, находившейся под командованием Жукова:

«Войска фактически посылались не в бой, а на убой, под хорошо организованный огонь врага. Две стрелковые бригады 8-го гвардейского корпуса четыре дня штурмовали село Хлепень… И там полегли практически в полном составе. Кроме штабов и подразделений обеспечения, не осталось никого… Поле битвы было усеяно нашими сгоревшими танками. Уже 6 декабря шесть танковых бригад из восьми были отведены для восстановления боеспособности в тыл. Уже 13 декабря 6-й танковый корпус имел в строю только 26 танков, а два дня назад введённый в сражение 5-й танковый корпус – только тридцать… За 23 суток беспрерывных боёв войска 20-й армии вгрызлись в оборону немцев лишь на 10 километров. Среднесуточные темпы наступления – чуть более 400 метров в сутки. За каждый километр пришлось платить шестью тысячами убитых и раненых воинов…».

Финал операции оказался плачевным. Измотав наши ударные группировки, немцы отсекли их от основных сил. С большим трудом им удалось прорваться обратно...

Думается, теперь понятно, почему великий маршал неохотно вспоминал 1942 год, почему в своих мемуарах вскользь писал и о Сталинграде, и о Ржеве. Ну кому, спрашивается, приятно вспоминать о своих провалах, особенно на фоне грандиозных успехов других военачальников?

Да, никто, конечно же, не отрицает военных талантов Жукова. Битвы за Москву, за Ленинград, за Белоруссию стали яркими свидетельствами недюжинных способностей маршала. Но были у него и явные провалы. И не только подо Ржевом. Трагедия лета 1941 года, когда немцы за несколько месяцев дошли до Москвы, также во многом лежит на совести великого полководца, занимавшего тогда важнейший военный пост начальника Генерального штаба.

Надо понять, что маршал был не Господом Богом и во время войны совершал трагические ошибки, стоившие жизни десяткам тысяч людей. Он же эти ошибки потом и исправлял, ведя нашу армию к победе 1945 года. Словом, он был не лучше и не хуже других наших маршалов и генералов, воевавших в то страшное время…

…Тем не менее его ржевская неудача нисколько не умаляет значения победы наших войск под Сталинградом. Весь мир был потрясён разгромом считавшейся доселе непобедимой германской армии. Впервые с начала Второй мировой войны в Германии был объявлен двухнедельный траур. Шок от поражения под Сталинградом оказался роковым для германских правителей. Оправиться от него им было уже не суждено...

Вадим АНДРЮХИН.


Сейчас читают


РАЗДЕЛЯЙ И ВЛАСТВУЙ

Пять способов спасти планету, не прилагая больших усилий


СМЕРТЕЛЬНЫЙ ВИРАЖ

Сын генерала полиции устроил аварию с наездом на детей


АРХИВ