28 января 2022, пятница
ОБЛАСТНОЙ ВЫПУСК

Секретные материалы

Красные командиры. Почему в 1917 году армия пошла за большевиками

21-09-2017

Почему в 1917 году армия пошла за большевиками

Ровно сто лет назад, в сентябре 1917 года, Россия была провозглашена республикой. Наверное, сегодня это событие смотрится грандиозно-исторически – всё же это произошло после многих веков пребывания во власти абсолютной по сути монархии. Однако на современников республиканское действо не произвело сильного впечатления.

Потому что люди были озабочены совсем иными проблемами и заботами…

Страну в 1917 году политические кризисы сотрясали один за другим. Начавшись со свержения царя ещё в феврале, такого рода кризисы буквально не прекращались. Одним из последних стал неудачный мятеж генерала Корнилова, пытавшегося установить в стране военную диктатуру. После подавления мятежа в скрытую оппозицию к власти Временного либерального правительства перешли правые политические силы России, поддержавшие Корнилова, – от кадетов до откровенных монархистов...

Гладко было только на бумаге

А вот левые либералы (эсеры, меньшевики, трудовики и т.д.), чьим признанным лидером можно было считать главу правительства Александра Керенского, сразу после ареста Корнилова и его сподвижников принялись спешно «демократизировать» Россию на свой лад.

Керенский провозгласил Россию республикой – хотя это было незаконно, так как судьбу будущего политического строя должно было решать Всероссийское Учредительное собрание, созыв которого намечался только на конец 1917 года. Но Керенский и его сподвижники очень уж спешили со своими «реформами», поэтому не считались ни с кем и ни с чем – и это только усугубляло политический раскол в стране.

Либералы созвали так называемое Демократическое совещание тех партий, которые поддержали премьера в дни корниловского выступления. На этом совещании опять было сказано много красивых слов о том, как следует обустроить Россию по либерально-демократическому образцу.

Тогда же в качестве представительного органа всех российских партий (до созыва Учредительного собрания) был создан Временный совет Российской республики (Предпарламент) – он должен был контролировать деятельность Временного правительства и обеспечить выборы в само собрание…

Со стороны это выглядело, наверное, прекрасно и здорово, если бы – как едко заметил один из видных корниловцев, генерал Антон Иванович Деникин – было к месту и ко времени. Между тем к осени 1917 года Россия, по меткому выражению одного современника, стремительно неслась под откос. Стихийный каток всеобщего развала катился по стране, сметая всякие понятия о законности и дееспособности власти.

Возьмём для примера нашу Нижегородскую губернию. Губерния, как и вся Россия, погрузилась в хаос крестьянских выступлений, шедших под лозунгом справедливого распределения земли. Пока в столице судили-рядили о том, как лучше решить земельную проблему, по региону шли самые настоящие погромы помещичьих усадьб. Мужички самовольно захватывали барскую землю и дотла выжигали дворянские имения и дворы.

На второй сессии Главного земельного комитета Временного правительства, которая проходила в июле 1917 года в Петрограде, именно представители Нижегородской губернии подняли вопрос о необходимости как можно скорее решить земельный вопрос:

«Крестьяне говорят только об одном: мы устали ждать, мы ждали 300 лет, а теперь, когда мы завоевали власть, больше ждать не хотим».

К осени 1917 года нижегородские крестьяне фактически решили «земельный вопрос» в свою пользу, ожидая встречного «понимания» со стороны государства. Даже губернский крестьянский съезд, состоявшийся 17 октября 1917 года и поддержавший Временное правительство, был вынужден издать постановление о передаче помещичьих имений земельным комитетам, образовавшимся по деревням...

А в городах в результате повальной разрухи (только за несколько месяцев 17-го года в Нижнем Новгороде было закрыто 36 предприятий) безжалостно наступал голод. Особенно больно вопрос коснулся нижегородских рабочих окраин, где хлеб фактически исчез с лета.

В начале октября дело дошло до того, что рабочие Сормовского завода самовольно захватили на Волге баржу с зерном, предназначавшуюся для мукомольных заводов. А ещё спустя пару дней голодная толпа горожан разгромила местную продовольственную управу. И представители Временного правительства были вынуждены смириться с этим фактом – ни сил, ни воли для противодействия разрушительной народной стихии у «временных» не было. И так было по всей России!

Как писали современники о тех смутных днях, власть в России практически валялась на земле, а поднять её было некому. Сделать это могли только две силы, которые были одинаково чужды либеральным идеям: либо корниловские генералы, которые даже под арестом не отказались от своих чрезвычайных военно-политических планов, либо партия радикальных революционеров-большевиков, рвавшихся к управлению страной на лозунгах социалистической революции и установления в России диктатуры пролетариата.

Есть такая партия

Именно большевики стали той силой, которая помогла Керенскому остановить корниловский мятеж, – они вели агитацию в войсках мятежников, энергично формировали рабочие отряды Красной гвардии, устраивали забастовки. Из этого мятежа сторонники Ленина вышли самой популярной политической силой в народной среде. Под их контроль постепенно переходило большинство в органах тогдашнего народного самоуправления – в Советах рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, особенно в столичных городах.

Большевики приняли участие в Демократическом совещании Керенского, но скоро назвали всё это действо бездарной комедией. Им было ясно, что никакого толку для России от этой говорильни точно не будет – потому что новому корниловскому контрреволюционному заговору можно противопоставить только такую же организованную и беспощадную силу...

Главным же аргументом большевистской силы, по мнению многих исследователей, стало их влияние в солдатской среде. Это удивительно, потому что ещё не так давно большевики не вели среди военных практически никакой работы. Да, в 1914 году они резко выступили против участия России в Первой мировой войне, считая эту войну несправедливой и грабительской. Но при этом никакой антивоенной агитации в войсках специально не проводили. Возможно, потому, что руководство партии на тот момент находилось либо в эмиграции, либо в сибирской ссылке.

Сразу после Февральской революции ряд большевистских лидеров даже попытались поддержать Временное правительство в политике продолжения ведения войны – мол, теперь это война не проклятого царского правительства, а революционного народа. Однако вернувшийся из эмиграции Ленин быстро поправил своих товарищей, вернув их на прежние антивоенные позиции. Но снова никакого серьёзного воздействия на армию это не оказало.

Как свидетельствуют исторические документы, первые большевистские газеты и прочие агитационные материалы появились в солдатских окопах только в конце апреля, в начале мая 17-го года. Да и то, солдаты всерьёз обратились лицом к большевикам не ранее второй половины лета.

Армия до большевизма созрела сама

Но как же так, можете спросить вы? Ведь сколько за последнее время вышло разного рода «исторических материалов» и «расследований», утверждающих, что именно большевики развалили русскую армию, да ещё якобы на немецкие деньги! Про «немецкие деньги» говорить не буду, этот миф сегодня разоблачён всеми мало-мальски серьёзными историками. Что же касается роли большевиков в развале бывшей царской армии…

Приведу только слова уже упоминавшегося генерала Деникина, который до конца жизни оставался непримиримым противником Ленина, но даже он признавал:

«Позволю себе не согласиться с мнением, что большевизм явился решительной причиной развала армии: он нашёл лишь благодатную почву в систематически разлагаемом и разлагающемся организме»...

Начать надо с того, что Первая мировая война была абсолютно чужда той народной массе, которая надела солдатские шинели. Как отмечает специалист по этому вопросу историк В. Гончаров:

«Одной из важнейших причин разложения армии стала существовавшая в ней глубочайшая социальная пропасть между солдатским и офицерским составом… Патриотически настроенные представители образованного сословия рассматривали войну с геополитических позиций (германская агрессия, долг перед западными союзниками, выход к Константинополю и проливам). Но для большинства солдат эти понятия были пустым звуком: война шла на чужих территориях (Румыния, Галиция, Польша и Литва), а к иностранцам – что немцам, что англичанам, русский мужик привык априори относиться с недоверием…

Основная солдатская масса устала от войны и не видела в ней смысла – это факт, который отрицать нельзя. И глупо обвинять солдат в отсутствии патриотизма, потому что с их точки зрения, ИХ России никто не угрожал – в отличие, например, от наполеоновского нашествия 1812 года. А умирать за абстрактные ценности они не видели смысла».

Первые антивоенные выступления в армии случились ещё до свержения монархии. А после Февраля солдатским настроениям сильно подсобили пришедшие к власти либералы.

В марте 1917 года ими был издан Приказ номер один, который узаконил создание демократических солдатских комитетов. Этим выборным комитетам фактически передавалась вся реальная власть в армии – так, любой военный приказ считался недействительным, если он не был согласован с членами комитета. В уничижительное положение ставились офицеры – согласно Приказу, оружие того или иного подразделения должно было находиться в распоряжении и под контролем ротных и батальонных комитетов и ни в коем случае не выдаваться офицерам. Также Приказ наделял солдат гражданскими правами, ставил их в равное положение с офицерами вне службы и строя, воспрещал обращение на «ты», отменял титулование и т.д.

В мае 1917 года Временным правительством была принята «Декларация прав военнослужащих», которая не только подтвердила положения Приказа номер один, но ещё и разрешила военным участвовать в деятельности политических партий и движений…

Понятно, что ничего, кроме разложения и развала, в структуру, где предельно жёсткая иерархия является самой основой существования армейского организма, такого рода законы принести просто не могли! Как верно подметил историк Сергей Базанов:

«Солдаты, в своей массе малограмотная сельская молодёжь, особенно те, кто сравнительно недавно прибыл в действующую армию, слабо разбирались в быстро меняющейся политической обстановке и восприняли Февральскую революцию как сигнал к вседозволенности. В результате дисциплина на фронте резко упала и продолжала падать дальше. К тому же солдатская масса легко поддавалась любой негативной пропаганде, особенно антивоенной...».

Замечу, что всё это происходило задолго до появления первых большевистских прокламаций. Понятно, большевики тут же воспользовались столь благоприятной для себя обстановкой для вовлечения солдатских масс в свои ряды.

«Большевики были единственной партией, выступавшей за скорейшее прекращение войны, и это обеспечивало им потенциальную поддержку солдатской массы, – пишет В. Гончаров. – Интересен и такой факт: с начала осени 1917 года, после корниловского мятежа, большевистские комитеты всё чаще стали противодействовать распаду армии. Иногда они при этом вступали в прямой конфликт с солдатами, иногда дело заканчивалось взаимным соглашением».

Очевидно, что в преддверии силового захвата власти большевикам понадобились вовсе не окончательно разваленная армия, а именно сплочённая военная сила – отсюда и противодействие дальнейшей «демократизации» армейской среды. И большевики не прогадали: именно солдаты Петроградского гарнизона и матросы Кронштадта помогли им в октябре свергнуть Временное правительство, у которого, в свою очередь, так и не нашлось действенной вооружённой защиты...

Вадим АНДРЮХИН.


Сейчас читают


РАЗДЕЛЯЙ И ВЛАСТВУЙ

Пять способов спасти планету, не прилагая больших усилий


СМЕРТЕЛЬНЫЙ ВИРАЖ

Сын генерала полиции устроил аварию с наездом на детей


АРХИВ